Громкий скандал в семье русского хоккеиста Буре. Павел перестал общаться с отцом, узнав о его внебрачной дочери

У Владимира другая версия случившегося. Владимир Буре — не просто отец двух прославленных русских хоккеистов.

В молодости он был так же хорош в плавании, как и его дети в хоккее — Владимир стал четырехкратным призером Олимпийских игр и с 1971 по 1975 год доминировал на чемпионатах СССР.

Но смерть отца в 1974 году притормозила его карьеру: ближе к 1980 году карьера Буре пошла на спад.

После ухода из большого спорта Владимир без труда нашел себе занятие: он приступил к тренерской деятельности и занимался с хоккейным ЦСКА, а также увлекся спортивной журналистикой и писал для «Московского комсомольца», а также вел передачи на радио «Маяк».

Правда, в один момент Буре всего этого был лишен. «В те годы, прежде чем допустить к микрофону, обращали внимание не только на профессиональные качества. Главный вопрос звучал так: «Вы член партии?»

Я же до Олимпиады-80 был кандидатом в КПСС, а потом все рухнуло. Дамочки из ЦСКА нажаловались в политотдел, что веду аморальный образ жизни.

У меня есть внебрачная дочь Наташа. Она уже взрослая, переехала в Америку. Я не собирался уходить из семьи, расставаться с сыновьями. Однако не мог справиться с чувствами к этой женщине — маме Наташи.

Даже к врачам обращался: «Есть какие-нибудь лекарства, чтоб прочистить мозги? Понимаю, что поступаю неправильно. Я люблю семью, детей, терять их не хочу. Но перебороть себя не в силах. Сильное увлечение.

Теперь-то все в прошлом. Отболело. Отношения сами собой сошли на нет. Мы не общаемся. А с Наташей я постоянно на связи… Так вот, после жалобы устроили в ЦСКА разбирательство.

Распекали меня полторы сотни человек. Сошлись на том, что не принимать меня в партию. Сформулировали хитро — «как не собравшему документы».

Это позволяло через некоторое время вернуться к вопросу о вступлении в партию. Мне сказали: «Вова, подожди годок, все утихнет. А пока — извини, будем голосовать», — рассказывал Буре.

В итоге политработники доложили, что «Буре не собрал документы, а также не проявил моральных и деловых качеств», и Владимиру навсегда была закрыта дорога в партию. Однако семья Буре тогда еще не знала о том, что на стороне у него была внебрачная дочь.

Осознав, что на родине Владимир не нужен, в 1991 году он прихватил с собой всю семью и отправился в США — его старший сын Павел только-только подписал контракт с «Ванкувером», и по условиям этого соглашения Владимир становился личным тренером Павла по физподготовке.

В «Кэнакс» были настолько впечатлены работой отца их лидера, что в 1994 году сделали его тренером по физподготовке не только Павла, но и всей команды.

А через 5 лет, после ухода Русской Ракеты из «Ванкувера», Владимир тоже был вынужден сменить клуб.

Однако отправился он не вслед за сыном, который переехал в солнечную Флориду. В услугах Буре-старшего были заинтересованы в «Нью-Джерси».

Первую тренировку под руководством нового коуча по физподготовке в «Дэвилз» запомнили надолго.

«Ребята были в шоке. Я решил провести занятие на улице, но начался сильный ливень. Американцы сразу запаниковали и спросили меня, что же будем делать при такой погоде?

Я говорю: „Как — что? Бегать“. И все мы продолжили тренировку. После того кемпа мне предложили полноценную работу в клубе.

Лу Ламорелло улыбался и просил сделать Гомеса звездой. Сказано — сделано. В сезоне-1999/2000 он стал новичком года в НХЛ», — рассказывал Владимир.

К слову, такую же должность Буре занимал и в сборной Белоруссии в 2015 году — там также остались под большим впечатлением от знаний специалиста.

«От Владимира Валерьевича вся команда плакала. Что он с нами делал — просто уничтожал! Подходил ко мне каждый день и спрашивал: „Ну, если тяжело, давай что-нибудь поменяем?“ Но я сквозь зубы терпел, чтобы это выдержать.

Читайте также:  Чем покорила наших женщин «железная леди»: запоминающиеся образы Маргарет Тэтчер

Человек на самом деле досконально знает свою работу. В 2015 году на чемпионате мира в физическом плане я снова чувствовал себя молодым. Это его заслуга», — рассказывал многолетний капитан белорусской сборной Алексей Калюжный.

Между работой в «Нью-Джерси» и сборной Белоруссии Буре некоторое время занимал должность вице-президента ЦСКА, которую Владимиру предложил его давний и близкий друг Вячеслав Фетисов.

Но ожидания от работы не оправдались: в армейском клубе думали, что Буре будет заниматься физической подготовкой, а сам он ехал на руководящую роль. Не получив должных статусу вице-президента полномочий, отец звезд НХЛ покинул клуб.

В личной жизни у Владимира не клеилось: вскоре после переезда в Америку его жена Татьяна узнала о наличии у своего супруга второй семьи и внебрачной дочери, поэтому Буре был вынужден уйти из дома.

По слухам, именно из-за этого уже несколько десятилетий с ним не разговаривает старший сын Павел. Но сам Владимир видит корень проблемы в его отношениях с сыном несколько иначе.

«Все знают, как я с Пашей занимался, сколько труда вложил. Ну а то, как он это оценил… Что ж, его право. Раньше мне было больно и обидно. Нынче воспринимаю спокойнее.

Извечная проблема отцов и детей. Не я первый, не я последний, к сожалению. Что произошло? Вмешались определенные люди и обстоятельства. Кто-то хотел мне отомстить и отдалить от старшего сына.

А кто-то таким путем искал материальную выгоду. Я же был у Паши официальным бизнес-агентом. Отвечал за рекламные контракты», — рассказывал Владимир.

До 2012 года у Владимира Буре даже не было телефонного номера Павла. Когда ему позвонил Пэт Куинн и сообщил новость о том, что звезду «Ванкувера» избрали в Зал хоккейной славы, Владимир был на седьмом небе от счастья.

Но, когда Пэт попросил номер телефона Павла, Буре поменялся в лице — было стыдно признаться, что его отношения с сыном настолько плохи. Тогда Владимир быстро через общих знакомых все-таки достал контакт Русской Ракеты.

«Это мой сын, я все равно его люблю. Может, конечно, и я в чем-то был не прав. Порой сгоряча могу выдать что-то резкое… Вообще у меня четверо детей, трое внуков, две невестки.

Кроме Павла с остальными проблем нет. В том числе с его женой Алиной. Пару недель назад случайно столкнулись в Лужниках. Обнялись, расцеловались», — рассказывал Буре.

С возрастом у него расстроились отношения не только со старшим сыном, но и со здоровьем. Еще в 2007 году Владимир пережил операцию на сердце.

Проблемы были выявлены в процессе планового медосмотра в «Нью-Джерси»: врачи тут же направили тренера в госпиталь, где его тут же прооперировали.

Несмотря на всю серьезность хирургического вмешательства и необходимость длительного восстановления, уже через 3 недели Буре начал играть в теннис и много ходить.

Казалось, что все проблемы с сердцем позади. Однако спустя 10 лет процедуру пришлось повторить. И во время нее Владимир чуть не погиб — в процессе операции его сердце остановилось на 16 минут.

Врачи признавались, еще секунда — и пациента спасти бы не удалось. В итоге Буре около месяца провел в коме и заново учился говорить и ходить. Прославленный пловец и хоккейный тренер до сих продолжает реабилитацию.

«Я вернулся с того света. Чувствую себя нормально, хотя до идеала еще очень далеко. Мне немного тяжело говорить. Я все понимаю, но не могу быстро отвечать. Что касается лечения, то приходится пить много таблеток.

Это жутко раздражает. Сейчас стараюсь разрабатывать физическую форму и делаю комплексы упражнений, которые мне составили врачи.

Конечно, занятия с ограниченной нагрузкой, но зато практически каждый день я плаваю в бассейне и даже обучаю жену.

Результат просто потрясающий. Она уже почти как профессионал. Так что свой тренерский навык я не потерял», — бодрился Владимир, переживший клиническую смерть.

Источник

Поделиться в соцсетях

Комментарии

Добавить комментарий

Ваш адрес email не будет опубликован. Обязательные поля помечены *